КУЛЬТУРА

Почему только недалёкие люди считают набоковскую «Лолиту» порнографией

Author
Кадр: «Лолита», реж. Стэнли Кубрик, 1962 г. / MGM Studios
Кадр: «Лолита», реж. Стэнли Кубрик, 1962 г. / MGM Studios

О Владимире Набокове многие знают исключительно благодаря роману «Лолита». Причём далеко не каждый, кто слышал об этом произведении и даже имеет собственное суждение на его счёт, читал «Лолиту», — а если и читал, то не слишком внимательно. Это роман приобрёл определённый статус у борцов за моральные ценности (мол, караул, педофилия!).

В первую очередь, конечно, возмущает разница в возрасте между главным героем (и собственно автором «мемуаров») Гумбертом и его возлюбленной Лолитой: мужчине на момент происходящих событий тридцать семь лет, девочке — двенадцать (к слову, позднее в экранизациях возраст Лолиты под давлением общественности был увеличен до четырнадцати лет). Впрочем, сам Гумберт, оправдывая себя, ссылается на таких литературных гигантов, как Данте и Петрарка: этих товарищей вдохновляли нимфетки, Беатриче и Лаура, также находившиеся в крайне нежном возрасте. Кто-нибудь когда-нибудь осуждал Данте за это? Не припомню.

Профессор и писатель Евгений Жаринов разделяет аргумент относительно литературных параллелей с общепризнанными классиками литературы: по его мнению, в этом смысле Набоков ничем не хуже того же Гюго с его «Отверженными», где Козетта, по сути, такая же Лолита, которую обожает беглый каторжник Жан Вальжан. Вообще стоящая в центре мироздания молоденькая девушка — это прямая отсылка к эстетике Возрождения, это поклонение высшей женственности. И дело тут далеко не в сексе (или, по крайней мере, не только в нём), а скорее в восхищении молодыми существами, порхающими как бабочки и воплощающими идею о Софии — душе, мудрости, вдохновении. На этом построены многие произведения мировой классики: вспомним того же Бальзака или Шекспира с его «Ромео и Джульеттой» — да, этих писателей также вдохновляли эти самые Лолиты, которые ещё не успели полностью войти во власть материального мира, стать его частью.

Итак, любовь Гумберта к Лолите — не чистая похоть, не извращение, а скорее поклонение женскому началу и всему, что оно воплощает, это изящная метафора, облачённая в обёртку показной порочности и скандальности.

Как видим, за простой и вроде бы довольно банальной историей скрывается гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Интересен ещё один аспект. В «Лолите» речь идёт не просто о нимфетке как музе, но о кризисе этой самой музы, о том, во что она превратилась в XX веке. Если та же Беатриче, возлюбленная Данте, умерла, едва достигнув расцвета, навсегда оставшись молодой и прекрасной, то набоковская Лолита впоследствии превратилась в типичную, простите, бабищу, вступившую в брак с сомнительным мужчинкой, заматеревшую, ожидающую ребёнка и клянчащую денег у своего бывшего покровителя. Идеалы попраны, вечная женственность опорочена — и вот она, трагедия музы и Художника, искусства в целом.

Примечательно и то, что Набоков самостоятельно перевёл изначально написанную на английском «Лолиту» на русский язык, потому что утверждал: в руках неумелого переводчика этот текст может превратиться в порнографическую безделушку, где основное значение имеет сюжет. «В руках вредоносного ремесленника русская версия “Лолиты” могла бы полностью выродиться, оказаться испятнанной вульгарными пересказами и промахами», — считал Набоков. А ведь суть «Лолиты» — именно в том, КАК написан роман: разнузданный сюжет вступает в противоречие с фирменным набоковским языком — изысканным, богатым, демонстрирующим, что Гумберт — не просто сомнительный дядька с порочными пристрастиями, но настоящий Художник.

С «Лолитой» как нельзя лучше работает присказка о том, что каждый думает в меру своей испорченности. Человек, который не способен увидеть в романе больше, чем пересказанные мемуары педофила, который жаждет почитать о сексуальных перегибах и затем возмутиться, отчитать Набокова за его «низость», не хочет — и не способен — копнуть глубже. К сожалению, именно так «Лолиту» долгое время и воспринимало большинство: написанный в 1950 году роман вышел в СССР лишь в 1989 году. Однако сегодня это произведение признано великим, а значит, люди научились читать вдумчиво и проникать в скрытые смыслы качественной литературы.